"Люди, которые читают книги,
- продолжал он, - рискуют оказаться «ненужными».
В высшей степени..."
Рецензию на книгу Нинни Хольмквист можно уместить в нескольких строчках: «Антиутопия. Недалекое будущее. Европа. Пятидесятилетняя Доррит по закону отправляется в заведение под названием «Отделение» - среднее между привилегированным домом престарелых и банком органов. Одинокая, незаметная женщина попала в категорию «ненужных», за счет которых спасают от смерти других людей – состоявшихся или просто молодых»
"Я не могу думать гетеросексуально" - еще один фильм в копилку "так-и-не-увиденного". Пока. Было бы интересно посмотреть хотя бы потому, что я, допустим, чувствовать гетеросексуально не могу. А думать могу как угодно и о чем угодно ("и чем угодно" вертится на языке)
Тем более, что основная тема фильма - столкновение традиционного общества и внутренних движений человеческой души. А это никогда не приедается.
Недавно в одной уютной жежешечке был устроен опрос "а кого из современных поэтов Вы читаете". На протяжении двадцати страниц люди делились своими любимыми стихами.
Есть проблема с гениальными людьми — они как правило невидимы. Если брать гения не как маркетинговый термин, а как полюс самого узкого производства, того, кто будет определять процесс (например, литературный) не завтра, а через поколение, и не на уровне потребления, а на уровне создания.
14 февраля. Свадьба”. Я накрашивала губы, смотря на эту запись, намалёванную прямо на зеркале ярко-красной помадой, ниже красовался отпечаток-варенник от Томкиных губ, и под ним косметическим карандашом было выведено: “Сучка, только попробуй не придти!".
Да, Томка вправе называть меня мамой собаки, я такая и есть, наверное, но ничего не могу с собой сделать: я ужасно рассеяна! Поэтому Томка и использует моё зеркало в качестве записной книжки.
“Сучка, только попробуй не придти!"
Да куда ж я денусь?
Делёз читает Пруста. Он находит у него четыре серии знаков: знаки любви, знаки светскости, знаки, относящиеся к чувственным качествам (знаменитое пирожное "мадлен"), и знаки искусства. Влюбляться, пишет французский философ, значит индивидуализовать кого-то с помощью знаков, становиться чувствительным к знакам, подаваемым этим существом. Истиной любви является ревность, которая дальше всего заходит в истолковании знаков этого типа. В отличие от светских знаков, знаки любви не пусты, а необходимо лживы; с их помощью всегда что-то скрывают.
“Здравствуй, жопа, Новый Xод! Ты шо здесь раком встала?", – сказала Галка, ткнув меня ёлкой в зад.
“Галка... блин... молчи! не видишь? Прячусь я!", – мне и без замечаний Галки было неудобно стоять в такой популярной позе и не получать от этого никакого удовольствия, руки и ноги уже затекли, былой хмель улетучился, и после него остались одни мерзопакостные воспоминания, почему-то напоминавшие кошачью мочу …
Когда совсем плохо или заебало. Или начальник урод, а коллеги ну такие бараны... Или все вместе приключилось,я лезу в сеть и читаю Горчева. Зараза. Матершинник каких мало. Мизантроп, каких отстреливать надо. Но сразу улыбаешься и кофе попить хочется. Делюсь:)
О влюблённых.
Любовь — это очень прекрасное чувство. Когда человек влюблённый, это чувство захватывает его целиком, без остатка. Он запросто продаст Родину, отца родного, мать-старушку; он украдёт, зарежет, подожжёт, и даже сам не сообразит, чего наделал. Со стороны влюблённые производят неприятное впечатление. Оставишь их одних на пять минут, кофе поставишь, вернёшься — а они уже на пол свалились.
Демоническая женщина отличается от женщины обыкновенной прежде всего манерой одеваться. Она носит черный бархатный подрясник, цепочку на лбу, браслет на ноге, кольцо с дыркой «для цианистого калия, который ей непременно пришлют в следующий вторник», стилет за воротником, четки на локте и портрет Оскара Уайльда на левой подвязке.
Носит она также и обыкновенные предметы дамского туалета, только не на том месте, где им быть полагается. Так, например, пояс демоническая женщина позволит себе надеть только на голову, серьгу на лоб или на шею, кольцо на большой палец, часы на ногу.
Как ни крути,а Вам очень повезло. Знаете почему? Потому что Вам довелось жить сейчас, а не лет 80 тому назад. Так как в то время существовать было весьма непросто. (География моих рассуждений распространяется исключительно в пределах нашей общей родины). Шанс заполучить счастливую судьбу тогда и там был очень невелик. Даже физическое существование оставалось под большим вопросом.
Мы встречаемся с Лорой в мокром переулке у кинотеатра. В Ливерпуле обычная Friday night: стайки полуголых нетрезвых женщин на высоких каблуках, истошные крики на малопонятном наречии и разноголосие однообразного брит-попа. С неба моросит вода. Лора дожевывает блестящую в темноте курицу, цепляя её со дна бумажной тарелки. Я терпеливо жду, поёживаясь от вида проходящих мимо женщин в почти отсутствующих платьях. Мы-то пришли на встречу с прекрасным. В прямом и переносном смысле. От пронизывающего морского ветра я прячусь за стены кинотеатра, в котором сегодня пройдёт встреча с Сарой Уотерс (Sarah Waters), одним из самых известных в Британии современных авторов. Ок, учитывая особенности сегодняшнего мероприятия, гей-авторов. Встреча проходит в рамках Homotopia - ежегодного ливерпульского фестиваля LGBT-сообщества.
Очередной этап ожидания у нас проходит в буфете. «Ты посмотри, какая толпа» – говорю я Лоре. Почти все столики пестрят коротко стрижеными головами, да и те, что отличаются длинноволосием, не отличаются ничем другим. «Да-да, но они все парами» – грустно вздыхает она. «Мы тоже вдвоём, но это ничего не значит» – ободряю я. Лора грустно кивает.
Есть ли у вас такой творческий замысел, который вы хотели бы осуществить в длинной текстовой форме, да всё никак не соберётесь? Какая-нибудь нетленка, которая стучится в двери вашего сознания™ на границе между сном и явью или скребётся в темном шкафу или хватает вас за пятки из-под ванной и всё завывает "напиши меня, о напиши же"?
В этом году впервые узнала, что существует в мире такая вещь, как Нанораймо - National Novel Writing Month или же Месячник написания романов. Для тех, кому известно состояние "Есть сюжет, но не могу начать" или "Хочу написать что-то запупически-охренительное, но нет сюжета", "Зудит печень от нерожденного шедевра, но нет времени", Нанораймо — это такой групповой мотиватор, он же знак свыше™, что можно бы уже и пора.
Вниманию кавайщиков! Объявляется кастинг на фэшн-шоу в стиле японской уличной моды! Косплей-шоу, показ токийской моды и ток-шоу, посвященное моде, в общем, полное и безоговорочное НЯ и прочий КАВАЙ) Подробности тут.
До 1го ноября будет продолжаться 3я Московская Биеннале современного искусства (гиды на Афише и Openspace.
Факты: Организация Lambda Literary Foundation посвящена повышению статуса открытых представителей ЛГБТ - лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров - в обществе, награждая и поддерживая мастерство писателей ЛГБТ, которые в своих работах рассматривают жизнь ЛГБТ-сообщества.
У организации есть своя премия, Lambda Literary Awards.
В этом году организация опубликовала новые рекомендации к номинированию произведений, в которых подчеркивает, что принимает работы авторов, являющихся представителями ЛГБТ. В тех же рекомендациях говорится: Как определить ЛГБТ? Никто в Lambda Literary Foundation не имеет права это решать. Авторы и издатели идентифицируют себя сами. Сексуальность в наши дни бывает гибкой, и мы принимаем и поддерживаем эту свободу. Мы принимаем номинирование любой книги на слово: если книга номинируется как ЛГБТ-произведение, то автор идентифицирует себя как часть семьи писателей ЛГБТ, а больше ничего и не нужно. Есть много вариаций ЛГБТ, и все они признаются в нашем сообществе, как говорит сам принятый всеми нами термин "ЛГБТ". Поэтому Lambda Literary Awards основана на содержании, касающемся ЛГБТ, гендерной ориентации/идентичности автора и литературных качествах произведения.
Мое мнение:
Хотя я понимаю, по каким причинам Лямбда пришла к такому решению, оно меня напрягает. По ряду причин.
Участвовали ли вы в каких-нибудь творческих конкурсах? Как вообще относитесь, когда вас и ваши тексты сравнивают с кем бы то ни было? В конкурсах не участвую, так как не вижу в это смысла. Не люблю социалистическое соревнование ни в каком виде.
Сравнение одного писателя с другим тоже, в общем-то, занятие совершенно бессмысленное. Но к нему я отношусь гораздо более благосклонно, так как оно может происходить без моего участия.
Снег и Туман - одна из самых известных в тематической среде писательниц. Многие её тексты расходились еще в ксероксах и распечатках, крылатых фразах и образах, с них лет семь назад начиналось и моё знакомство с тематической прозой. Её рассказы и на нашем портале вызывают бурные обсуждения. Мы побеседовали о творчестве, классике, аллюзиях и патриотизме.
Я помню кадр из Озоновского Бассейна, когда Шарлотта Ремплинг смотрит в окно и видит там своё отражение – седая, коротко стриженная, с ручкой в руке – мне именно тогда пришла мысль, что я хотела бы в старости вот так сидеть, писать и изредка смотреть в окно. А у вас был какой-то момент, когда вы осознали, что хотите быть писателем в качестве основного занятия в жизни?
Я бьюсь над похожей задачей уже полгода - как написать о романе Пруста, не употребляя слов длиннее 15 букв и уложившись в три тысячи знаков) а Монти Пайтон уже давно всё придумали и, притом, блистательно. Соревнования по пересказу Пруста за 15 секунд, прошу любить и жаловать. Имхо, заикающийся персонаж ближе всех подошёл к сути вопроса))
Год первый на планете Гетен. Посланник Лиги миров, Экумены, межгалактического координационного совета, Дженри Аи прилетает на покрытую ледниками планету Гетен, которую первые исследователи назвали Зимой, чтобы рассказать правителям здешних государств о существовании Экумены и по возможности убедить их вступить в Лигу миров. Миссия Аи не увенчается успехом – ни в теократическом Кархайде, ни в бюрократической Орготе. Он не сможет убедить короля Кархайда, попадется в ловушку лицемерных партийцев, почти погибнет на орготской «трудовой ферме». Единственный гетенианец, который верит ему, сделает всё возможное, чтобы ему помочь, и единственный, кто останется с ним до конца – лорд Терем Харт рем ир Эстравен.
Ролан Барт (Barthes, Roland) (1915–1980) – французский структуралист и семиотик. Родился 12 ноября 1915 в Шербуре. Получил классическое гуманитарное образование в Париже. Преподавал в 1948–1950 в Бухаресте, где испытал влияние лингвосемиотических идей А.-Ж.Греймаса. В 1950-е годы выступает как журналист, симпатизирующий «новому роману», «театру абсурда» и сценическим идеям Б.Брехта. В 1953 публикует книгу Нулевая степень письма.
Ролан Барт. Фрагменты речи влюбленного. Пер. с франц. В. Лапицкого. — М.: Ad Marginem, 1999. — 431 с.
Впервые с фрагментами “Фрагментов...” я познакомился в начале девяностых в рижском “Роднике”. Тогда название звучало несколько (несколько?) иначе: “Фрагменты любовной речи”. По-французски — “Fragments d’un discours amoreux”. Переводчик Виктор Лапицкий последовательно придерживался сознательной авторской стратегии как можно меньше маркировать пол говорящего субъекта. Но редактор перевода Сергей Зенкин, наш ведущий специалист по Барту, решил по-своему. И это при том, что в своем развернутом, семидесяти-с-лишним-страничном предисловии, бестактно помещенном перед крохотным авторским, он цитирует беседу Ролана Барта с Ф. Роже: “Любовное чувство — это чувство-“унисекс”, вроде нынешних джинсов и парикмахерских. В моих глазах это очень важно [...] Я считаю, что у мужчины, который любит женщину, у женщины, которая любит мужчину, у мужчины, который любит мужчину, и у женщины, которая любит женщину, тональность чувства окажется в точности одинаковой. Поэтому я и старался как можно меньше маркировать половые различия”. Разумеется, законы русского языка в отношении половых различий более “сексистские”, они требуют обозначать род субъекта в глагольных формах прошедшего времени единственного числа; переводчик знает это не хуже Зенкина и там, где другого выхода нет, без чужой подсказки вводит “условный” мужской род, не соответствующий таковому в оригинале. Однако конструкция французской фразы отнюдь не заставляет делать то же самое при переводе названия.
